Проект реализован при поддержке Фонда Прохорова
современное искусство в общественных пространствах
1.8.2009. Современное искусство в городской среде: стратегии, ресурсы и технологии

К списку публикаций

Авторы: Аллахвердиева Наиля

Одна моя знакомая, архитектор по образованию, как-то призналась, что в Екатеринбурге у нее развивается странная мания. Наблюдая городской пейзаж, она все время занимается воображаемым исправлением ошибок проектировщиков города от его основания до наших дней и моделирует в своем сознании другой, совершенный Екатеринбург…

И хотя наши «большие города» всем своим видом говорят «нет!» талантливым людям, именно некачественная и эстетически бездарная среда индустриальных центров может оказаться самым эффективным тренажером отечественного креативного мышления. Без иронии можно было бы предложить новую тематическую рамку для семинаров по социокультурному проектированию, например, «Уродство городов как стратегический ресурс территории!».

Собственно, вся история локального культурного активизма нашей инициативной группы, которая сейчас упаковалась в название «Артполитика», это попытка проектного использования данного «ресурса» для трансляции новых образов и моделирования такой городской среды, какой ее видим мы и те художники, которые работают с нашей организацией. Результат – многолетняя программа интеграции современного искусства в общественные пространства. Пожалуй, это первая в России системная деятельность, направленная на интерпретацию различных визуальных контекстов города.

Главная цель, которую мы ставили перед собой с самого начала, – это реализация масштабных проектов, которые могли бы создать качественную альтернативу существующим практикам освоения городской среды. Следуя этим путем, за девять лет работы мы смогли реализовать самые разные по своему характеру, структуре и содержанию проекты. Созданные в хай-тек и лоу-тек форматах, масштабные и камерные, постоянные и временные – все эти проекты можно рассматривать как модели для воспроизводства и распространения в других городах России. Но еще более важно то, что наш опыт наметил тактики и стратегии взаимоотношений художников с городскими пространствами, а также технологии организации, производства и продвижения художественных проектов в городской среде.

Искусство вместо рекламы

Развитие рекламных коммуникаций в городе приносит не только дополнительный доход в бюджет городов и повышает эффективность коммерческих компаний, с таким же успехом реклама приватизирует весь предоставленный ей урбанистический ландшафт, претендуя на роль главного события в городской повседневности. Быстрое развитие рекламных технологий и отсутствие регулирующей политики, направленной на сохранение публичной сферы, привело к тому, что реклама стала доминирующим визуальным нарративом в городской среде. В то же время искусство находилось в прямо противоположной ситуации, продолжая укреплять свои маргинальные позиции. Отсутствие инфраструктуры, которая характерна для всей нашей страны, скандальная репутация и снобизм деятелей актуального искусства затрудняли контакт широкой аудитории с произведениями. Именно поэтому мы стали использовать рекламные технологии. В рамках наших проектов они превратились в масштабные и эффективные механизмы трансляции образов и идей, и одновременно стали эффективным способом «отвоевывания» общественной собственности.

В 2000 году, когда мы начали действовать в этом направлении, главным и одновременно самым дешевым рекламным носителем в Екатеринбурге была листовка формата А3 и А4, размноженная на ризографе. С растущей популярностью листовки, которая наводнила остановки, столбы, заборы и стены домов, стала расцветать и эстетика примитивного компьютерного дизайна. Этот наивный дизайн, особенно колоритный в рекламе интимных услуг, был настолько абсурдным, что многие собирали коллекции уличных шедевров. Нам казалось, что именно эта замусоренная, китчевая и в то же время невероятно творческая и демократичная среда станет прекрасным местом для появления высказываний современного художника. Так родился проект международной листовочной акции «Агитация за искусство», где художникам впервые было предложено занять открытую, «рыночную» позицию и попытаться придумать индивидуальные концепции рекламы себя и своей деятельности.

Проект был сетевой, все работы мы получали по Интернету, для чего был создан специальный сайт. Поэтому каждый желающий мог принять участие в акции – скачать и расклеить любую листовку. Откликнулось более сотни художников из России и зарубежья. В своих работах они исследовали эстетику, темы и стратегии городской рекламы, одновременно демонстрируя концептуальный потенциал, чувственность и социальную значимость современного искусства.

Самая активная фаза проекта в городе была связана с массовой расклейкой листовок. При очень большой экономичности (листовки мы печатали на ризографе в два цвета, чтобы совпасть с эстетикой дешевых рекламных листков) масштаб у проекта оказался ощутимым. Люди, заинтригованные странной «рекламой» на улицах, находили сайт проекта в Интернете, и можно было по рейтингам посещаемости оценивать его эффективность. Проект быстро стал популярным, и мы смогли показать его в Москве, С.-Петербурге, Самаре, Тольятти, Ижевске, Нижнекамске, а в нескольких городах – Набережных Челнах, Новосибирске и Уфе – он вообще прошел без нашего участия. Инициативные группы молодых художников самостоятельно провели акции, используя возможности сайта. «Агитация за искусство!» стала первым успешным опытом моделирования социальной коммуникации на основе современного искусства.

Стремительная эволюция рекламных и полиграфических технологий очень быстро вытеснила примитивный жанр рекламной листовки. В городе появились более соблазнительные для художественных экспериментов носители – огромные экраны наружного видео. В 2004 году, благодаря появлению в Екатеринбурге первой сети уличных экранов, мы вышли на новый технологический уровень, предложив для сетевой трансляции специальный проект – международный фестиваль видеоарта на экранах наружного видео «OUTVIDEO».

Низкое качество тогдашней видеорекламы делало экраны малопривлекательными, владельцы сети понимали, что искусство может привлечь внимание к новым носителям и задать новую планку качества роликов для локальных рекламных агентств и дизайн-студий. Впервые фестиваль прошел в Екатеринбурге в сети из восьми больших светодиодных экранов компании «ИгРек Синема» и вызвал резонанс в мировой художественной жизни. На участие в проекте за четыре года подали заявки более 600 видеохудожников со всех концов света. Благодаря проекту город приобрел не только неординарное культурное событие, но и репутацию центра современной художественной жизни.

Успех фестиваля и его международный резонанс позволили проекту обрести нового стратегического партнера – компанию «City Vision». Благодаря поддержке этой крупнейшей в Европе сети наружного видео в 2006 году фестиваль развернулся по 16 городам России, открывая новый масштаб интеграции современного искусства в стране. Благодаря фестивалю, впервые в России произведения современного видеоарта вышли на миллионную аудиторию.

Фестиваль «OUTVIDEO» демократичен и открыт для любых художественных высказываний. За четыре года существования в нем принимали участие многие крупные мастера видеоарта – Ким Суджа, группа «Синестетико», Франсис Гомила, Клеменс фон Ведемейер, Бригит Рамзауэр, Гор Чохал, Александра Митлянская, группа «Синие Носы», группа «Эскейп». Однако важнее, что фестиваль стал отличной стартовой площадкой для многих молодых перспективных авторов, таких Владимир Логутов, Павел Шугуров, Виктория Бегальская, групп «Куда бегут собаки», «СПИС», «Не с Руки». А например, «Портрет» Владлены Громовой, удостоенный премии Кандинского, впервые был показан именно на нашем фестивале в 2007 году.

Фестиваль открыл емкую область публичного пространства города, где такой элитарный, казалось бы, вид искусства, как видеоарт, становится востребованным, обретает массовую аудиторию. Технические ограничения и контекст репрезентации становятся вызовом для художников, но и одновременно открывают для них «новые рынки».

Для фестиваля художники создают работы специально в формате рекламного ролика для экрана наружного видео – разрешение в два раза меньше телевизионного – 320х240 пикселей, длительностью не более 30 секунд, без звука. Работы, присланные на фестиваль, просматриваются членами жюри, и на основе их решения формируются различные программы фестиваля.

Дневная программа (31 работа) традиционно демонстрируется в течение месяца – каждый день новая работа, интервал показов – пять-семь минут, всего 240 выходов в день на каждом из 39 экранов. Не вошедшие в дневную программу работы составили ночную программу фестиваля (около 120 работ). Ночная программа показывалась два последних дня фестиваля без перерывов на рекламу с 00.00 до 02.00 ночи. Кроме того, в программе каждого года были включены специальные показы в кинотеатре и временные медиаинсталляции или медиаперформансы.

Освоение лакун

Советское прошлое оставило нам в наследство не только типовую стерильную архитектуру и бесчувственную рациональную городскую среду. Главная «заслуга» этого периода нашей истории в том, что именно тогда была сформирована традиция формализованного и экономного отношения к общественным пространствам, которая до сих пор продолжает жить в сознании как городских властей, так и жителей города. Визуально бедная реальность советского города стала не только фактором дизайна городской среды, который до сих пор трудно преодолеть, она сформировала тотальный дефицит социального и управленческого воображения относительно альтернативных способов освоения городского пространства.

Очевидно, что самыми наглядными средовыми лакунами, которые буквально напрашивались на креативную терапию и культурное перепрофилирование, были пустые плоскости стен функционалистской архитектуры и километры бетонных заборов, опоясывающих обширные городские территории.

После эфемерного проекта «Агитация за искусство» мы совсем не стремились к освоению монументальных рубежей. Казалось, что это вотчина власти и приближенных к ней «особенных» художников. Для таких проектов всегда нужна поддержка муниципальной власти. Возможность представилась неожиданно. Через год нам предложили участие в фестивале современного искусства Нидерландов в Екатеринбурге. Так как фестиваль был официальным событием, реализацию всех проектов сопровождало постановление главы Екатеринбурга.

Мы пригласили голландский проект медиаискусства в публичной сфере «Дебаты и кредиты», который придумали Эрик Клюйтенберг и Татьяна Горючева для исследования проблем публичной сферы через интервенции проектов современных голландских художников. Голландский проект, состоящий из различных медийных акций – стикеры, граффити, медиа-инсталляции в метро, видеотрансляции на телевидении, ви-джеинг в клубах и на улицах города – тоже был настроен на эфемерное присутствие и не предполагал монументального воплощения. На эту идею нас натолкнул один из художников – Арно Кунен. В архивах его работ мы обнаружили удивительно красивую мозаику из керамической плитки, сделанную в музее Киасма (Хельсинки). Мозаика изображала пикселированную Лару Крофт. Контраст между дигитальной природой имиджа и остроумным технологичным переводом его в монументальный формат (плитка как пиксель) стал решающим аргументом в пользу реализации нашей идеи.

В центре Екатеринбурга мы выбрали пустую стену перехода между корпусами Уральского университета размером 12х12 м. Арно предожил масштабировать на стене фотографию людей, сидящих на трибунах. Его проект назывался «Demolition man». Руководство университета одобрило проект. Возможно потому, что работа могла легко сойти за изображение студентов, сидящих на лекции. На деле это были зрители боев по фри файтингу. У художника были, конечно, более радикальные идеи. Он предлагал разместить фотографии новых русских в черных очках, борцов на ринге и другие брутальные образы «новой русской жизни», но рабочей группой для реализации был выбран самый нейтральный вариант.

Так как бюджет был небольшим, мы решили ограничить цветовую палитру, и художник перевел изображение в черно-белую гамму. И хотя в результате получилось настоящее монументальное панно, проект сохранил свою концептуальную чистоту – цифровой образ был буквально воссоздан, материализован с помощью обычной бригады облицовщиков, работой которых художник управлял через Интернет.

Другим примером работы по культурной реанимации городских пустот стал ежегодный фестиваль современного искусства на бетонных заборах города «Длинные истории Екатеринбурга». К нам обратилась имиджевая организация города МУ «Столица Урала», которая попросила придумать проект, направленный на улучшение имиджа города в рамках его 280-летнего юбилея. В качестве объектов были предложены обычные бетонные заборы, которые благодаря строительному буму стали визуальным лейтмотивом города. Для решения этих задач была разработана оригинальная концепция, позволяющая создавать масштабные монументальные произведения современного искусства в городской среде.

Серые нейтральные блоки заборов – отличное место для ярких экспериментов художников. Протяженность бетонных изгородей, их повторяющаяся модульная структура сами собой подталкивают мысль к сериальности, к развитию темы и сюжета в серии кадров. Каждую секцию бетонной ограды можно представлять как экран или кадр, а весь забор - как монументализированную кинопленку, или очень длинную Comic Strip, или бегущую строку. Бетонные заборы как будто специально приготовлены для актуальных художественных проектов, тяготеющих к регулярным структурам, кинематографичности, динамизации восприятия статичных изображений в эпоху серийности и сериальности

Художникам предлагалось создавать визуальные истории в городской среде, на бетонных заборах (протяженностью от 40 до 140 метров), которые «считываются» по мере продвижения зрителя вдоль них. За шесть лет фестиваля было реализовано 62 художественных проекта, которые создали новые культурные маршруты и достопримечательности. И хотя проект не был краеведческим (прежде всего, это коллекция новых историй, рассказанных городу художниками), мы получили множество неожиданных открытий и совпадений в интерпретации городских контекстов. Так, проект «Oil industry worker» развернулся у станции метро Геологическая и Академии народного хозяйства, став символическим выражением случайно сложившейся взаимосвязи объектов. Проект «Гулял по Уралу Чапаев Герой» Анатолия Вяткина не на шутку напугал застройщиков на улице Красноармейской. Они увидели в нем антибуржуазный вызов. Проект «Коммуналка» опоясал большую стройку элитного жилья, а «Синяя линия» Юрия Аввакумова случайно оказалась на заборе городской больницы. Главный недостаток «Длинных историй» – их эфемерность. Заборы демонтируются, переезжают с места на место, заклеиваются афишами. Но именно это делает проект ненавязчивым, чувственным событием, позволяющим ощутить течение времени в городе.

За годы своего существования фестиваль стал культурным брендом Екатеринбурга и даже был занесен в городскую книгу рекордов. В 2008 году «Длинные истории» стали лауреатом государственной премии «Инновация» в номинации лучший региональный проект. Артемий Лебедев на странице своей студии назвал проект Анатолия Вяткина «Вот такая колбаса» лучшим забором страны, а неформальный сайт города Екатеринбурга, портал http://www.1723.ru/ украсил слоган: «город древний, город длинный». Общая площадь художественно освоенной поверхности за эти годы, если бы она сохранилась, составила бы около 30 000 кв. м, и тогда город стал бы самым большим в стране художественным музеем под открытым небом.

Креативное благоустройство среды

Видимый уровень благоустройства городской среды визуализирует заботу местной власти о качестве жизни населения. Это область репрезентации социальной политики города, его экономического и культурного статуса. Активный экономический рост последних лет привел к такому же активному процессу в области городского благоустройства. Город «оделся» в новые тротуары, уличные фонари, скамейки, остановочные комплексы и ночную иллюминацию. Но чуда не случилось – Золушка не превратилась в принцессу. Заново благоустроенная среда оказалась такой же невыразительной, как и была, город сохранил ауру провинциализма. Кроме того, решения по благоустройству не везде были комплексными. За обновлением тротуаров в прогулочных зонах не всегда следовало размещение скамеек, а размещение скамеек необязательно влекло за собой установку урн. Однако благоустройство должно быть не только комплексным, хотелось, чтобы оно было креативным.

Вообще у нас никогда не было цели заниматься благоустройством среды, мы считали, что это зона муниципальной ответственности. Просто тот опыт, который мы получили в рамках своих проектных экспериментов, показал, насколько важным может быть персональное, авторское решение любой проблемы. И оно вряд ли может возникнуть в рамках стандартизированных подходов городского комитета по благоустройству и формальной процедуры утверждения подобных проектов Главархитектурой.

В 2002 году случай попробовать себя в благоустройстве города представился. К нам обратился местный предприниматель с просьбой предложить идею для демонстрации качеств композитного материала, который он хотел запустить в производство. Изучая качества продукта, мы выяснили, что базовый материал можно расписывать акриловыми красками, а для закрепления красочного слоя есть специальный лак, который выдерживает большую амплитуду температурных колебаний и агрессивное воздействие среды. В итоге получалась вандалоустойчивая поверхность, по прочности превосходящая гранит. Но технология производства не была вполне отработана. Пока можно было отливать только плоские листы материала. Из всех возможных вариантов наиболее интересной нам показалась идея сделать ограниченную серию скамеек для конкретного места в городе, чтобы показать выразительные возможности искусства для решения рекреационных задач города.

Подходящее место мы нашли на набережной Исети в самом центре Екатеринбурга. Это популярное место романтических прогулок, где, по иронии судьбы, не осталось ни одной живой скамейки. Ограниченные нюансами технологии, мы предложили простой геометрический дизайн скамеек: высокая спинка увеличивала изобразительную площадь и одновременно создавала неудобства для тех, кто привык сидеть на спинках скамеек, ставя ноги на сидение. Концепцию проекта диктовал контекст. Мы попросили молодых уральских художников придумать образы «скамеек для влюбленных». В итоге было создано семь оригинальных красочных шедевров, которые украсили набережную Исети. Мы очень надеялись, что проект станет долгожителем, но упустили из виду, что, помимо влюбленных, набережную в позднее время суток облюбовали компании криминальной молодежи. Через пару недель от скамеек остались одни каркасы. Этот неудачный опыт научил нас внимательно относиться к анализу потенциальных целевых аудиторий и прогнозировать не только позитивные, но и негативные сценарии реакции на наши нововведения.

Альтернативным опытом оказался проект памятника «Клаве» (компьютерной клавиатуре) Анатолия Вяткина, мегапроект фестиваля «Длинные истории Екатеринбурга – 3», придуманный специально для набережной Исети. Первоначально художник намеревался создать плоские бетонные кнопки, но мы поняли, что объемное решение не только добавит интерактивность образу, но одновременно решит проблему скамеек на очень популярном и живописном отрезке набережной. Общая площадь памятника составила 16х4 кв. м. 86 кнопок, весом от 100 до 500 кг каждая, разместились в углублениях с интервалом 15 см на площадке второго яруса набережной, со стороны улицы Гоголя. «Клава» стала первым в городе масштабным средовым экспериментом, который перепрограммировал коммуникативную и символическую среду прилегающей территории. Каждая кнопка бетонной клавиатуры стала импровизированной скамейкой, на которой можно посидеть, пунктом назначения свиданий, элементом интерактивных игр.

По сути, это не только памятник предмету массового потребления, воплощающему современную эпоху развития западной технологической культуры, но и ландшафтная композиция, которая ассоциативно отсылает к традиции восточного сада камней с его глубоким символизмом, отражающим философию и смысл существования человека.

Памятник повлиял на символическую реинтерпретацию окружающего пространства и резко повысил его креативность. Расположенный вблизи «Клавы» старый каменный дом теперь называют не иначе как «системным блоком». Исеть, этимологический смысл имени которой большинству горожан неизвестен, благодаря активности форумов по поводу открытия клавиатуры, нередко пишется теперь как «iСеть». Вблизи «Клавы» предлагается разместить и другие масштабированные реалии компьютерного пользователя.

Памятник «Клаве» стал самым популярным городским монументом за всю историю города, его известность давно преодолела российские границы. В 2007 году «Клава» была номинирована телеканалом «Россия» на участие в конкурсе «7 чудес России» и уверенно вошла в полуфинал конкурса. Характерно, что побывавший в Екатеринбурге профессор Никлаус Вирт, изобретатель языка Паскаль, выразил желание посетить проект даже на стадии монтажа. Памятник стал своеобразной меккой для нового поколения пользователей сети Интернет, местом паломничества людей, встретившихся благодаря Интернету. А дети используют «Клаву» как интерактивный аттракцион и пользуются возможностью в движении изучать русский и английский алфавит. Наконец, новый средовой памятник подарил горожанам новые чувственные переживания городского пространства.

Заметим, что «Клава» не является официально согласованным городским памятником. Но именно этот арт-объект стал источником нового чувственного опыта для горожан и моделью для развития новой идентичности города. «Клава» – образец креативного благоустройства, модель неформальных, эмоциональных отношений города и общества. Она не только реально благоустроила фрагмент городского пространства, она обновила исторический контекст всего города. Причем не ретроспективно, а перспективно. Важно, что проект открыт для понимания, его смысл и значение понятны современному человеку любой расы, культуры и вероисповедания.

Сегодня проект неофициально стал лэнд-маркой территории. Все городские путеводители включают «Клаву» в обязательный для посещения список достопримечательностей Екатеринбурга. «Клава» успешно капитализирует территорию, демонстрируя торжество живого творчества над формализмом и косностью.

Новые достопримечательности

Достопримечательности – важнейший инструмент продвижения образа территории, ее истории. В российской версии локальная история в городском ландшафте - это почти всегда идеология со своим пантеоном героев, событий и образов, визуализированных в гранитных и бронзовых монументах. Смена идеологий, новая система экономических отношений ослабили пропагандистский дух прежних монументальных «шедевров», но не уничтожили его. На смену советской монументальной пропаганде пришел ретроспективизм – культ стилизации, сохраняющий верность эстетике XIX века.

В этом контексте паблик-арт становится едва ли не единственным инструментом внедрения альтернативных концепций локальной истории и ее визуализации в городской среде. По большому счету, паблик-арт проекты должны не столько создавать эстетическое в городе, сколько находить модели артикуляции «других» голосов и мнений в публичной сфере. Таким образом, локальная история актуализируется, и, кроме исторической ретроспективы, у локуса появляется менее однозначная историческая перспектива.

В рамках голландского проекта «Дебаты и кредиты» в 2002 году было создано очень много медийных проектов (стикерная акция, инсталляция в метро, видеотрансляции на местном ТВ и городских рекламных экранах, граффити, виджей сеты), но только один из них выжил и стал новой достопримечательностью Екатеринбурга. Большой проект Леонарда Ван Мюнстера назывался «Позитивные зеркала» и представлял собой разбросанные по городу загадочные императивные фразы из зеркальной плитки, смонтированные на стенах с помощью двухстороннего скотча сильного крепления: «Ты в моей власти», «Я никогда не видел никого прекраснее тебя», «Ты узнаешь меня», «Я знаю, где ты».

К сожалению, многие из них оказались доступны прохожим и через месяц были разобраны на сувениры. Лишь одна – смонтированная выше человеческого роста, на здании кинотеатра «Колизей» – уцелела. В течение шести лет (до очередного капитального ремонта кинотеатра) эта надпись убеждала прохожих: «Ты уникален». В первые же полгода зеркальный слоган побил все рекорды по популярности. Городские газеты отмечали, что по частоте задаваемых редакции вопросов о том, что это такое, фраза обогнала даже такие насущные проблемы, как ремонт канализационных сетей и строительство новых развязок. Императив «Ты уникален» оказался настолько универсальным и адекватным настроениям горожан месседжем, что даже знакомые автору пенсионеры, категорически отрицающие современное искусство, признавались, что, когда читают это послание, они готовы смириться с contemporary art. Ну а молодые екатеринбуржцы и туристы обязательно останавливались у зеркальной надписи, чтобы сфотографироваться на ее фоне.

Вот пример, какой большой потенциал жизнеспособности имеет креативное художественное произведение и как оно может претендовать на статус новой достопримечательности. Это не привычное краеведческое history – это story, яркий случай в текущей городской повседневности. Именно так и формируются неофициальные «места силы» и городские культурные маршруты, не менее притягательные, чем официальные. Это стратегия интеграции новых нарративов, новых мифов, новых смыслов, которые становятся катализаторами новых отношений, утверждающих историческую многослойность города, где прошлое пересекается с настоящим.

Но не только настоящее нуждается в репрезентации. Прошлое городов сигнифицировано очень выборочно. Рядом с избранным числом исторически «богатых» мест и строений тихо сосуществуют «исторически неопределенные» городские объекты – лакуны в историческом контексте города. Летом 2007 года городская информационно-туристическая служба переехала в ничем не примечательное здание XIX века с прилегающим внутренним двориком исключительно хозяйственного назначения. Нужно было придумать идею для раскрутки места и оформить внутренний дворик.

Мы обратились к арт-группе «Куда бегут собаки» и молодому трафаретному граффитисту Vizer. Они предложили две разновекторных идеи интерпретации этого пространства. Художники из группы «КБС» придумали невероятно ностальгический проект-посвящение дворику из нашего общего советского прошлого, где все тонет в особом сиянии детских воспоминаний. Документация проекта хорошо передает его настроение: «Сияние обыденных вещей, фабрично-самодельных и одинаковых у всех. Набор милой сердцу привычной ерунды, сборная солянка из пристрастий, привычек, путешествий, нужд, мечтаний и воспоминаний жителей одного двора: скворечник, сколоченный пионерами, хулиганские надписи, застиранное белье, лопаты дворника дяди Васи, ржавые тазики и даже мусорный бак – сияние Родины; траченный молью абстрактно-восточный ковер – дружба народов и предел мечтаний хозяюшек; великолепный привет краснокожих Америки – гриб-песочница по совместительству». Идея ностальгических воспоминаний о дворике советского детства была воплощена в серии зеркальных объектов, которые разместились на территории дворика и стали настоящей машиной времени в придуманное художниками пространство прошлого.

Трафаретный проект Vizer`а, наоборот, буквально поддержал идею туризма, путешествий, охоты за культурными ценностями. На стене при входе разместилось огромное трафаретное панно, изображающее процесс нанесения трафарета с известной гравюры Хокусая. Два этих разноплановых, но очень тактильных проекта соединил текст-аннотация с заголовком «Ни Европа, ни Азия», который тоже был представлен как шрифтовой арт-объект, развернутый на воротах расположенного во дворе гаража.

«Ни Европа, ни Азия» – спонтанное проявление истории и мифологии в исторически стертом месте со смутными следами разных эпох. Это перспективный опыт формирования истории места при помощи сенсационных художественных объектов.

Внедрение актуального искусства в урбанистические пространства создает выразительный средовой контраст и одновременно налаживает коммуникацию горожан между собой, различными сообществами, с властью и деловыми кругами. Паблик-арт меняет масштаб и качество взаимодействия с историческим и культурным наследием, дает возможность человеческого контакта, приватного переживания истории.

Сегодняшним городским пространствам и событиям локальной истории должны соответствовать актуальные и сомасштабные образы, закрепляющие и репрезентирующие новые ценности и новое понимание человека и общества, направленные в первую очередь на тех, кто живет в этом городе здесь и сейчас.

фото: «Клава». Анатолий Вяткин (Заречный). Фото А.Сергеева

КОММЕНТАРИИ:

Оставить новый комментарий >>

Имя

Комментарий

Проверка автоматического комментирования

отправить>>

поиск

искать>>

Расширенный поиск>>

классика жанра

Облачные ворота (Cloud Gate)

Работа, представляющая собой гигантскую абстрактную скульптуру из тщательно отполированной нержавеющей стали. >>

Все цены на вышивальные машины.


©ГЦСИ, Нижний Новгород
©Артинфо /разработка сайта/
©А.Великанов /дизайн/